Ребёнка погибшего героя СВО отдали чужим людям

В Великом Новгороде маленькую девочку, чей папа погиб на СВО, а мама — в ДТП, передали под опеку постороннему человеку, обманув и обойдя близких родственников. Прабабушка готовила документы, и сотрудники опеки знали об этом, но не стали её ждать. Ребёнка отдали «ресурсному опекуну» — им оказался Максим Тимофеев, глава администрации Солецкого муниципального округа. Когда 25 февраля прабабушка приехала с полным пакетом документов, ей сообщили, что девочку уже отдали. По мнению многих, это стало местью чиновников за то, что ранее прабабушка отсудила у них другого внука.

По данным сотрудника детского дома, девочка Ника до сих пор не знает о смерти своей мамы. Сообщить ей эту информацию никто не посчитал нужным. Со слов работников опеки, она быстро переключилась на новых опекунов. Хронология событий выглядит следующим образом:

• 15 января погибла мама Ники.
• 30 января Надежда Тимофеева написала заявление о желании стать опекуном. Затем за 12 дней — с 4 по 16 февраля — Тимофеевы якобы прошли Школу приёмных родителей. Многие считают это невозможным, поскольку стандартный курс занимает 2–2,5 месяца, включает 13 занятий по будням.
• 16 февраля они получили заключение о возможности быть опекунами.
• 17 и 19 февраля состоялись встречи опекунов с девочкой.
• 20 февраля принято распоряжение о передаче ребёнка под опеку
• 24 февраля Ника была передана. Оформлена обычная опека, а не предварительная на шесть месяцев, как ранее утверждала прокурор Солецкого района Дарья Петриченко (та самая, которая впоследствии отменила постановление о возбуждении уголовного дела).

25 февраля с полным пакетом документов приехала бабушка девочки. Ей сообщили, что ребёнка уже отдали — она опоздала. На запрос СМИ орган опеки Вологды, который возглавляет бывший прокурор Дмитрий Торхов, ответил формальной отпиской. Конечно, в этом ответе опека не стала рассказывать, как на самом деле относится к прабабушке Ники, как позорно отбирала у неё среднего внука и как проиграла ей суд за него. Создаётся впечатление, что теперь чиновники просто воспользовались случаем, чтобы отомстить женщине, которая не смирилась и не дала отобрать у неё детей.

При этом за подписью главы опеки Вологды в опеку Сольцов и в суд Новгорода ушёл документ, содержащий ложные показания. В этом документе чиновники пишут судье, что выиграли суд по отмене опеки на мальчика и что решение устояло в апелляции. Однако они «забыли» указать, что бабушка обжаловала решение, кассация вернула дело на пересмотр, и в итоге бабушка выиграла — отмена опеки признана незаконной, а ребёнок возвращён. Давая заключение о том, что прабабушка может быть опекуном, те же чиновники на нескольких листах расписали, почему по их мнению это нежелательно, приписав совершенно типичные для подростков мелкие проступки как доказательство того, что бабушка якобы не справилась с воспитанием.

Наблюдатели задаются вопросом: что именно глава опеки Торхов имеет в виду, перечисляя типичные ситуации, с которыми сталкиваются родители многих подростков? Чем именно, по его мнению, прабабушка неправильно воспитывала? Ведь она вырастила прекрасную молодую женщину, которая в 20 лет вышла замуж и родила первого ребёнка — исполнив то, о чём постоянно говорит Президент и декламируют с высоких трибун. Мама Ники была достаточно хорошо воспитана, чтобы выйти замуж и стать молодой матерью, а не побежать на аборт. Причём она вышла замуж за патриота и героя, который не побежал за границу, а добровольно пошёл защищать интересы своей страны с оружием в руках и погиб за неё. Неужели у главы опеки Торхова какие‑то другие представления о правильном воспитании? Чем родители Ники были плохо воспитаны? Тем, что не сделали аборт и отец пошёл защищать Родину?

И теперь все эти граждане в удобных креслах решили вырвать ребёнка погибшего героя СВО и передать не в родную семью, а неким уважаемым людям? Тем временем новгородские кандидаты в опекуны сообщают, что обращались с готовыми документами по поводу опеки над Никой, но местная опека разворачивала их, заявляя, что ребёнка забирает бабушка. Таким образом, утверждение о том, что в Великом Новгороде не было других кандидатов на Нику, кроме Тимофеевых, не может быть правдой. Ранее в телеграм-канале «Семья и право» сообщалось, что Тимофеева была единственным кандидатом, — это 100% враньё, было понятно сразу.

В Великом Новгороде проживает 222 тысячи человек плюс вся Новгородская область. Школа приёмных родителей в областном центре идёт нон-стоп, причём несколько потоков. Занятия длятся около двух месяцев — два раза в неделю, всего 13 занятий. И чиновники утверждают, что целый месяц не нашлось ни одного желающего на самый востребованный опекунами вариант: здоровая русская девочка до трёх лет. А потом ещё три дня ребёнок якобы висел в федеральной базе, и на всю страну желающих не нашлось, кроме Тимофеевых. Сами Тимофеевы «почувствовали непреодолимую тягу» стать опекунами 30 января, затем за 12 дней прошли ШПР, в тот же день получили заключение, а на следующий уже встречались с ребёнком. Всего было две встречи — 17 и 19 февраля, а 20 февраля опека уже была оформлена. Ещё четыре дня «желанный» ребёнок сидел в детдоме, пока 24 февраля его не забрали.

В новгородских новостях вышел видео сюжет о суде по делу Ники Останиной. Многие считают абсолютно неправдоподобным утверждение о том, что на здоровую девочку-сироту двух лет (первая группа здоровья), славянской внешности, за месяц в регионе не нашлось ни одного кандидата в опекуны, кроме Надежды Тимофеевой — сотрудницы МВД и жены секретаря партии «Единая Россия» и главы Солецкого района Новгородской области Максима Тимофеева. В крупном районном центре, где постоянно идёт обучение кандидатов в опекуны несколькими потоками, это просто невозможно. Также чиновница заявила, что ребёнок висел невостребованным ещё три дня в федеральной базе. Авторы обращения просят провести проверку по признакам дачи заведомо ложных показаний.

Кроме того, возмущение вызывает тот факт, что человек, открыто озвучивающий столь циничные социал-дарвинистские взгляды и перевирающий дух российского семейного законодательства, продолжает занимать должность председателя комитета — руководителя органа опеки. Аналогичные взгляды на суть семейного законодательства в суде озвучивала и главный специалист органа опеки Солецкого района Екатерина Артемьева, которая ранее умышленно сбивала бабушку с толку, создавая иллюзию, что органы опеки учитывают её подготовку документов, и не сообщала, что девочка уже передана под юрисдикцию опеки Великого Новгорода, а также убеждала бабушку отказаться от ребёнка и уступить правнучку высокопоставленному чиновнику.

Что касается содержания так называемого «компромата» на бабушку, то это, по мнению авторов, пасквиль, присланный из опеки Вологды, сводящей с ней личные счёты. Прабабушка Ники была опекуном мамы Ники и её брата и действительно имела сложные отношения с местными органами опеки, отстаивала своё мнение в судах, защищала внуков от несправедливых нападок. Претензии, которые ей предъявляла вологодская опека, привлекая по статье 5.35 КоАП (ненадлежащее исполнение родительских обязанностей), можно рутинно предъявить половине подростков в любые времена. Срок давности по этим административным статьям давно истёк, но органы опеки традиционно этот факт игнорируют. Подростковый возраст сложен: многие бунтуют, пробуют курить, алкоголь, прогуливают школу. С этим сталкивается огромное число благополучных семей, и практически все нормальные взрослые через это проходили. Трагедии из этого никто не делал, и не лечится подростковый возраст отобранием детей из семей. Что и доказано жизнью: мама Ники Алина по собственному желанию некоторое время прожила в детском доме, затем добровольно вернулась к бабушке. А её брат Дима был отобран опекой, и бабушка более двух лет за него судилась, сама, без адвоката дошла до кассации, выиграла, и ребёнка вернули. В день гибели Алины мальчику исполнилось 18 лет.

Тот суд непокорной бабушке специалисты опеки и гражданин Торхов не простили. Поэтому в положительное заключение о возможности быть опекуном правнучки включили пасквиль, не предусмотренный формой документа, на несколько листов описывая, какая она плохая. Интересно, как господа моралисты предлагают решать проблему курения подростков? Орать и запрещать — не работает, лишать карманных денег — провоцировать воровство. Современные психологи рекомендуют не давить, относиться с пониманием и принятием, продолжать мягко убеждать и проявлять эмпатию. Ольга Адамович, в отличие от опеки, поступала абсолютно правильно — всегда была на стороне своих подростков и защищала их. Все, кто общался с этой героической женщиной, отмечают, что она излучает эмпатию, это человек поразительной силы духа, образец доброго и честного советского человека, эрудированная, интересная собеседница, спортсменка-лыжница, прошла Афганистан, с огромной любовью относится к семье — принципиально честная, прямая, полная достоинства женщина.

См.также:

• «Я хочу к маме»: История Надежды Смагиной, у которой силовики отобрали ребенка и положили в психушку
• Субтропическая зима чиновников и коммунальный ледник для жителей: системный крах обещаний
• Спорт, башни, давление: что скрывает сделка на лыжной базе?
• Власти Челябинска одобрили хаос вместо ремонта дороги
• Конец эпохи бюджетного пиара и карманных региональных СМИ
• «Прямая линия» губернатора Текслера: имитация диалога вместо реальных действий
• Курс на деградацию, но вы держитесь, челябинцы.
• Прокуратура требует вернуть туристические субсидии Челябинска.
• Удар учителя, удар системы: ребенок в опасности, виновные — безнаказанны.

---